Натриезависимая нутрия (lilmy) wrote,
Натриезависимая нутрия
lilmy

Серым-серым утром моя лирическая героиня сидела перед зеркалом и хмуро пялилась на свое отражение. Она думала - не стала ли она жертвой интриг? и не пила ль она чего-нибудь такого? По всему выходило, что пила... Лирическая героиня (назову-ка я её…мнэ-э… нет, Полуэкт Полуэктович, пожалуй, будет нехорошо… А вот Маня – в самый раз) наклонилась поближе к зеркалу, чтобы во всех подробностях рассмотреть шишку на лбу.
- Эй, ну хорош уже перегаром-то дышать, - вдруг раздался звонкий фальцет. - Лучше б нитхинолом протерла...
Лирическая героиня пискнула «Ой, белочка» и шлёпнулась с табуретки. Затравленно озираясь, она бормотала:
- Белочка, белочка... Всё, завязываю! Голоса - это уже совсем плохо... Завязываю!..
- Ну вот... - заметно огорчился голос. - Пугаешься. А я не белочка, я зеркало... А вообще я белочку не люблю, - оживился голос, - грильяж вкуснее. И слово красивое - на трельяж похоже. Я хотело трельяжем стать, да не выросло...
Мане стало дурно. Поглядев в зеркало, она увидела, что её отражения там больше нет - там вообще не было никаких отражений, только серый туман, будто стекло запотело. На четвереньках отползая к двери, лирическая героиня взвизгнула:
- Зеркало, заткнись по-хорошему - я тебе даже нитхинолу принесу, только заткнись, а то враз утюгом ахну! - и выбежала из комнаты.
Нитхинол у нее действительно был - при генеральной уборке на балконе обнаружился раритетный флакончик.
Вечером, после трудно давшегося дня - лирическая героиня шарахалась от всех зеркальных поверхностей, боясь снова услышать голоса, и потому пугала сослуживцев похмельной ненакрашенной рожей и прической модели «наощупь», - так вот, вечером, прижимая к груди заветную бутылку с синей-синей жидкостью, она опасливо приблизилась к зеркалу. Ничего в нем не было необычного - зеркало как зеркало, предмет мебели, рама, внизу стеклянный столик, под столиком два выдвижных ящичка и один с откидной дверцей, побольше... Отражает, как и положено, комнату, её перепуганную физиономию. «Бред какой», - думала она, - «Просто показалось с утра. Глюки, глюки...»
- Зеркало... А зеркало, - наконец неуверенно прошептала Маня, сознавая, что если кто услышит, как она разговаривает с мебелью, её свезут в гости к Кащенко и подарят рубашечку с длинными рукавами, - вот нитхинол...
- Ой, хорошо-то как! - раздался все тот же звенящий фальцет, и отражения в зеркале исчезли. - Давай, протри меня... А то я грязное - вот и проснулось от чесотки. Мы, зеркала, конечно, спим все время - у кого все время одно и то же отражается, спят от скуки, а у кого наоборот, мельтешат и мельтешат - от утомления... О, раз уж я проснулось - дай конфету, а?
- А ты что же - жрать конфеты можешь? - отпрыгнула от зеркала лирическая героиня. - Так ты, может, вовсе хищное - меня ночью сожрешь? зря я тебя утюгом-то не ахнула...
- Совсем уже, да? Ужастиков насмотрелась? - обиделся голос. - Чем я жрать тебя буду - ящиками столика? Я отражения могу на вкус пробовать, а сами вещи - ну куда я их сожру? И вообще, давай протирай, не стой...
По ходу чистки его нитхинолом зеркало тихо мурлыкало и отчетливо зевало. Когда Маня протирала поверхность насухо мягкой тряпкой, она услышала недвусмысленный храп, затем храп стих и серый туман снова сменился привычными отражениями.
- Спокойного сна, зеркало!
В ответ по зеркальной поверхности прошла легкая рябь, и послышалось тихое сонное ворчание. Зеркало вновь крепко уснуло.
Tags: граф-о-Манечка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments